Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
15:20 

Ната Кабанова_Ты играешь в любовь

Ты играешь в любовь, будто это краплёная карта,
Словно шулер заправский, хитро просчитавший ходы,
Будто срубишь джекпот, как нахально вороны не каркай,
Даже стерву-судьбу обесточив ударом под дых.

Ты играешь в любовь. Ты играешь садистски-красиво!
Словно сочную мышь, виртуозно её теребя,
Чтоб пришпилить в конце, как портрет на посмертную ксиву,
Чтобы взгляд-оберёг нипочём не оставил тебя.

полный текст, авторское исполнение

20:04 

Ольга Громыко. «Ведьма»

Саломея Аолье
[Чудесный Черный Чешир] «Верь, что я жива, помни: я вернусь…»
В дня лучах последних огненных
Тень замрет на плитах уличных
Я – последняя из проклятых
Я – восставшая из умерших
Все, что было - мной изведано
Все, что будет - мной придумано
В темноте я – солнце светлое
Ясным полднем – тьма безлунная
Кто я? Ветер над курганами.
Кто я? Пики скал под кручами,
Коршун, вьющийся над ранами.
Пес, за горло рвать обученный
Черный конь – мой друг единственный
Острый меч – защитник праведный
Я иду путем извилистым
Не привыкнув жить по правилам
И сквозь призму заклинания
Как удар, придет видение:
«Здравствуй, милое создание!
Здравствуй, мрака порождение...

17:55 

Виктор Гюго, посвящение Парижской коммуне 18 марта 1871 года

Nataly Red Rose
Свобода начинается с иронии
Вы революцию призвали к трибуналу
За то, что, грозная, безжалостно изгнала
Факиров, дервишей, полночных сов, ворон;
За то, что нанесла церковникам урон;
За то, что, поглядев в глаза им неприкрыто,
Принудила бежать попа и иезуита.

Вы негодуете! Да, верно, это так!
Божественность — ничто, и царственность — пустяк.
Все папские шуты, затрепетав, притихли,
И потускнели все, и завертелись в вихре.
И вы разгневаны, вы — мощный трибунал.
Вот горе! Черный мрак затрясся, застонал.
Ночные пиршества кончаются навеки.
Мир Сумрака хрипит, смежая насмерть веки.

Ужасно!.. День встает. Спустился в норку крот.
И мышь летучая ослепла в свой черед.
Светляк теряет спесь. Лисица горько плачет.
Шакал полночную свою добычу прячет,
При первом крике птиц в берлоге заперся.
От воя волчьего гудит чащоба вся.

Не знают призраки, как быть, за что приняться.
О, если все-таки захочет день заняться
И настоит на том, чтобы покончить с тьмой, —
Вампир от голода издохнет, боже мой!
Заря безжалостно разрушит царство это!
Вы, судьи, судите преступный луч рассвета!

04:46 

Авраам Шлёнский - Нетрезвая ночь

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
Как сын, что ждет отца, а тот лежит,
напившись, в луже у порога —
так я глядел в окно.

Над клетками домов сливались все ветра;
и, точно эхо взламывает эхо,
входили в силу голоса беды —
от детских слез до пьяной брани Лота.

Открылась ложь в обетах лицемеров —
дневного света, радостного смеха.
Пейзаж лежит, напившись, за окном,
и, крадучись,
сочатся сквозь сплетенья облаков
мерцанья наглых звезд.

Как много зла, зима, в твоем приходе!

(Перевод В. Глозмана)

©

03:25 

Бахыт Кенжеев - * * * (бродят вокруг Байкала с цветными ленточками буряты...)

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
бродят вокруг Байкала с цветными ленточками буряты
серебряные браслеты носят пьют водку о Будде не говоря
я любуюсь светлой водой я озяб и думаю зря ты
упрекаешь меня в скудости словаря

всякий, кто был любим, знает, как труден выбор
между чёрным, белым и алым; со временем всё тебе
расскажу, ибо слова подобны глубоководным рыбам
вытащенным на поверхность с железным крючком в губе

зря полагаю бунтуют те кто ещё не вырвался на свободу
знали б они как другие пьют йод и без улыбки отходят от
берега, пробуя на разрыв ледяную озёрную воду
хороша говорят солоновата но и это пройдёт

©

17:53 

Юлия Стэп - Память

Margot Deryni
Переходи на сторону зла. У нас есть печеньки!
Я не знаю, в каких падежах склоняется твоё имя, я его разучилась даже произносить.
Ты рассказывал мне, как Ромео с Джульеттой любили (нам, простым смертным, не дано так любить).
Ты заставил читать заново про Адама и Еву, я смеялась по-детски, когда ты про них говорил.
Оказалось потом, яблоко было неспелым, Ева просто хотела помочь, ведь Адам их любил.
Я не знаю, куда твои фото исчезли, я наверно в истерике просто порвала их.
Ты сказал мне тогда, что совсем бесполезно наизусть заучивать каждый стих.
Ты заставил меня прослушать все твои сказки, говорил, что в детстве мне не хватало чудес,
Оказалось потом, что в театре все носят маски, а особенно прыткие ловят звёзды с небес.
Я не знаю, каким по счёту было твоё «прости», я и знать теперь не хочу, что могло тогда ранить.
Знаю только, «Смертельный диагноз», - сказали врачи, а потом приказали вырезать память.

14:22 

Евгений Пальцев - Жить в Петербурге

Margot Deryni
Переходи на сторону зла. У нас есть печеньки!
Жить в Петербурге – значит жить на небесах,
Спускаясь изредка на землю за грехами.
Пить скверный кофей, целоваться в пух и прах
И лезть в карман не за рублем, а за стихами.

Толкуя с пафосом о ценах на кефир,
Толкая кукиши зонтом навстречу богу,
Спешить на кладбища, в роддомы и ОВИР
И сожалеть, уже отправившись в дорогу.

Черный конь, белый пес
Рядом по бокам застыли…
Покажи нам, господи, путь среди звезд –
Мы готовы, господи, мы в силе,
Мы готовы, господи, мы в силе…

Мой конь, клянусь, тебя седлом не оскорблю,
А кнут в моей руке не горше поцелуя.
Ты помоги найти мне то, что я люблю,
И помоги мне полюбить то, что найду я…

Мой белый пес, мой соплеменник, мой герой,
Мы только пульсом различаемся с тобою.
Мы будем жить до первой крови и второй,
Пока она не станет кровью голубою.

Города да города
Спят по сторонам дороги.
Покажи нам, господи, где твоя звезда –
Одолжи на время для подмоги,
Одолжи на время для подмоги…

Но я вернусь сюда, где небо набекрень,
Где каждый дом подобен раненому волку,
Где ветер сталкивает с крыш прошедший день,
Как с головы Наполеона треуголку.

Я снова здесь, я отпущу сейчас коня
И растворюсь в ночной январской перебранке,
Я променял сегодня вечность на три дня,
Три дня дыхания с дыханием Фонтанки…

Только ветер, только снег,
Только снег и только ветер...
Помоги мне, господи, отыскать ночлег
Средь замерзших тополей и ветел,
Средь замерзших тополей и ветел…

Пускай душа моя печальна и бела
К ногам собора будет волнами прибита.

Пускай струна моя средь общего стола
Звенит над миром, что трагедия финита.

Пускай, качаясь на невидимых весах,
Мы песню добрую не раним песней злою.
Жить в Петербурге – значит жить на небесах,
На полпути между любовью и землею…

И нехоженой землей к неизведанной любови
Ты пролейся, господи, дождевой водой,
Оборви меня на полуслове,
Оборви меня на полуслове…

@музыка: Григорий Войнер - Жить в Петербурге

14:03 

Иосиф Бродский. Я всегда твердил что судьба - игра

##Tema4ka##
dixi et animam levavi
Я всегда твердил, что судьба - игра.
Что зачем нам рыба, раз есть икра.
Что готический стиль победит, как школа,
как способность торчать, избежав укола.
Я сижу у окна. За окном осина.
Я любил немногих. Однако - сильно.

Я считал, что лес - только часть полена.
Что зачем вся дева, раз есть колено.
Что, устав от поднятой веком пыли,
русский глаз отдохнет на эстонском шпиле.
Я сижу у окна. Я помыл посуду.
Я был счастлив здесь, и уже не буду.

Я писал, что в лампочке - ужас пола.
Что любовь, как акт, лишена глагола.
Что не знал Эвклид, что, сходя на конус,
вещь обретает не ноль, но Хронос.
Я сижу у окна. Вспоминаю юность.
Улыбнусь порою, порой отплюнусь.

Я сказал, что лист разрушает почку.
И что семя, упавши в дурную почву,
не дает побега; что луг с поляной
есть пример рукоблудья, в Природе данный.
Я сижу у окна, обхватив колени,
в обществе собственной грузной тени.

Моя песня была лишена мотива,
но зато ее хором не спеть. Не диво,
что в награду мне за такие речи
своих ног никто не кладет на плечи.
Я сижу у окна в темноте; как скорый,
море гремит за волнистой шторой.

Гражданин второсортной эпохи, гордо
признаю я товаром второго сорта
свои лучшие мысли и дням грядущим
я дарю их как опыт борьбы с удушьем.
Я сижу в темноте. И она не хуже
в комнате, чем темнота снаружи.

22:08 

Антон Бахарев-Чернёнок - Всё хорошо и привычно...

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
Всё хорошо и привычно:
Дом и работа.
Директора на больничном,
Завтра суббота.
Выспаться, взять домочадцев –
И в магазины.
Другу ещё обещаться
Покеросинить.

Всё хорошо и спокойно.
Если в подъезде
Не проплывает покойник,
Бледен и честен.
Если никто не увидел
Возле дороги
В порванном автомобиле
Мятые ноги.

...Так вот посмотришь однажды –
Кончилось лето.
И представляется важным
Только лишь это:
С августом скорбным на равных,
Выдержать Слово –
В колото-резаных ранах
Неба ночного.

Приобщиться тут.

17:56 

Николай Огарев, "Моцарт"

Eh voila
В действительности все не так, как на самом деле
Толпа на улице и слушает, как диво,
Артистов-побродяг. Звучит кларнет пискливо;
Играющий на нем, качая головой,
Бьет оземь мерный такт широкою ногой;
Треща, визжит труба; тромбон самодовольный
Гудит безжалостно и как-то невпопад,
И громко все они играют на разлад,
Так что становится ушам до смерти больно.
Так что ж? Вся наша жизнь проходит точно так!
В семье ль, в народах ли - весь люд земного шара,
Все это сборище артистов-побродяг
Играет на разлад под действием угара...
Иные, все почти, уверены, что хор
Так слажен хорошо, как будто на подбор,
И ловят дикий звук довольными ушами,
И удивляются, когда страдают сами.
А те немногие, которых тонкий слух
Не может вынести напор фальшивой ноты,
Болезненно спешат, всё учащая дух,
Уйти куда-нибудь от пытки и зевоты,
Проклятьем награди играющих и их
Всех капельмейстеров, небесных и земных.
Люблю я Моцарта; умел он забавляться,
Дурного скрипача и слушать и смеяться;
Он даже сочинил чудеснейший квартет,
Где все - фальшивый звук и ладу вовсе нет;
Над этим, как дитя, он хохотал безмерно,
Художник и мудрец! О, Моцарт беспримерный!
Скажи мне, где мне взять тот добродушный смех,
Который в хаосе встречает ряд утех,
Затем, что на сердце - дорогою привольной -
Так просто весело и внутренно не больно!

11:36 

Валерий Брюсов, "Портрет"

L del Kiante
«Moi aujourd’hui et moi tantôt, sommes bien deux»
Черты твои — детские, скромные;
Закрыты стыдливо виски,
Но смотрят так странно, бездомные,
Большие зрачки.

Движеньями грустно-усталыми
Ты просишь: оставьте меня.
Язвит тебя жгучими жалами
Действительность дня.

Не сомкнуты губы бессильные,
Как будто им нечем вздохнуть,
Как будто покровы могильные
Томят тебе грудь.

Как будто ты помнишь далекое,
Что было, быть может, лишь сном,
И сердце твое одинокое —
Навеки в былом.

Как призраки, горько ненужные,
Мы, люди, скользим пред тобой.
Ты смотришься в дали жемчужные
Поникшей душой.

К глубинам родным наклоняешься,
И рада виденьям, — но вдруг,
Вся вздрогнув, опять возвращаешься
Печально в наш круг.

21:50 

Алексей Цветков - пиктограммы

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
был в хлам в стратосфере но ближе к снижению ожил
в центральную рысью и груз на ура растаможил
врачуя похмелье в гостинице выпил с одним
и вышел на двор и пустая страна перед ним

он видит безлюдье на ржавой земле ни травинки
латунное небо с бесплатным набором планет
с ворот космодрома где створок снесло половинки
слепое табло извещает что вылетов нет

он здешних кровей на капотнинском обе могилы
покуда судьба в кругосветную с мест не смела
нашарить бы номер на тусклом квадрате мобилы
но там пиктограммы в зрачки нелюдские слова

обратно под кровлю отеля где медленно между
пилонами вход мельтешит круговыми дверьми
а память трусливо скулит об оставьте надежду
какую надежду он верку оставил в перми

задраена дверь над толчком вентиляции дыры
подушкой стакан с умывальника в сумке еду
он здесь с образцами продукции вёз сувениры
теперь распакует и всё остаётся ему

он выпьет сперва на столе аккуратно расставит
фарфоровых кошек драконов слоновой кости
стекло подморозило больше оно не растает
прощай за порталом надежда и верка прости

Отсюда.

10:56 

И. Ратушинская

Великий кофейный гуру
Умру сегодня - Пуркуа па / Сперва - блядей... затем - попа.
Государь-император играет в солдатики – браво!
У коней по-драконьи колышется пар из ноздрей...
Как мне в сердце вкипела твоя оловянная слава,
Окаянная родина вечных моих декабрей!
Господа офицеры в каре индевеют – отменно!
А под следствием будут рыдать и валяться в ногах,
Назовут имена... Ты простишь им двойную измену,
Но замучишь их женщин в своих негашёных снегах.
Господа нигилисты свергают святыню... недурно!
Им не нужны златые кумиры – возьмут серебром.
Ты им дашь в феврале поиграть с избирательной урной
И за это научишь слова вырубать топором.
И сегодня, и завтра – все то же, меняя обличья,—
Лишь бы к горлу поближе! – и медленно пить голоса,
А потом отвалиться в своём вурдалачьем величье
Да иудино дерево молча растить по лесам.

декабрь 1982
тюрьма КГБ, Киев

02:26 

Юлия Идлис - * * * (У одной девочки не было сердца...)

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
* * *

У одной девочки не было сердца.
Всё было, а сердца не было.
Поэтому в этой истории она будет несчастной.

А история случилась с девочкиным сердцем.
Оно как-то раз попало в аварию.
Просто отвлеклось на секунду, удар, темнота.
Так оно и умерло, оставив девочку разбираться.
Одну посереди дороги.
Без денег и документов.
Без родных и близких.
И самое главное –
без памяти.

Девочкина память жила в другом городе.
Она туда переехала два года назад после одного случая.
То есть сначала случай переехал, а она за ним.
Стала обживаться, да так там и осталась.
Так что девочка ничего о ней не знала.
Думала – у неё нет памяти.
А память думала, что у неё нет сердца.
У девочки.

Так оно и было.
Девочка стояла на перекрёстке, теребила юбку.
Пыталась придумать, куда теперь жить.
В какую сторону – налево или направо.
Потому что прямо стоял какой-то дом и не давал жить туда ну совершенно.
Прямо так стоял, поджав двери, осуждающе.
Изредка посматривал на девочку
на улице.

А она думала, как они с сердцем думали про Новый год.
Лето, конечно, но ведь билеты раскупают уже осенью.
И потом ещё хотели на горных лыжах.
А ехали вообще-то в магазин.
Старые шторы совсем надоели.
Всё старое надоедает.
Тогда надо всё по-другому.
По-новому.

Забегая вперёд, сердце не оживает.
Но девочка
ещё ничего не знает
об этом.

12:07 

Наталья Николенкова

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
* * *
Ещё не растаял снежный лев, ещё не растаял снежный ком
Внутри, где шелест и подогрев, где пахнет мёдом и молоком.
Ещё не растаял сахар зимы, малина и сливки, янтарь и воск.
Ещё не совсем потерялись мы среди обжигающих острых звёзд.


* * *
Весной пронзительно и пусто, как в коридорах универа.
Я не прислушиваюсь к чувству, я принимаю всё на веру.
Ещё трава не дотянулась до голубого кислорода —
А жизнь взяла и улыбнулась и отпустила на свободу.
Мы загорим, как абрикосы, мы отгорим, как зажигалки.
Прохожие посмотрят косо и растворятся в переулке.


* * *
Ещё люблю чахоточные дни, ртуть октября, разлитую в природе,
Кафешантанов мёрзлые огни, стук каблуков в подземном переходе,
Слепой пунктир осеннего дождя, последнего в сезоне уходящем.
Так любят на прощанье. Ночь нежна. Не злите мёртвых, не будите спящих.


* * *
Любовники уходят по утрам — и это, в общем, правильно и мудро.
Любовники — уходят, стыд и срам! Да, Винни-Пух, на то оно и утро.
Не надо, Боже, вечных величин, вот только душу сохрани живую.
Я проживу без маленьких мужчин — тем более, других не существует.


"Знамя" 12.2010

10:24 

М. Кинер "Полька на трубе"

Великий кофейный гуру
Умру сегодня - Пуркуа па / Сперва - блядей... затем - попа.
Ой, чегой-то нам грустится,
Чтой-то нам не по себе;
Нынче пьяная Жар-птица
Дует польку на трубе.

Полька, полька молодая,
Что ж ты в горе до черна?
Ждешь чего, о ком мечтаешь?
Кем губа рассечена?

Русь - не Русь, а груз костистый
Навалился на хребет.
Только - барыня с присвистом.
Только - полька на трубе.

Душно жить под небесами.
Душно - к черту башмаки!
И идет, сама босая,
Горлопаня от тоски.

Не болит в кармане рана.
Заживают синяки -
Вот и солнце из тумана,
Вот и мятой от реки!

Приходи скорей. Не слушай.
Душу высушат тебе
Смех, да тощая частушка,
Плач, да полька на трубе.

21:07 

Алексей Заев. На брюхе

Margot Deryni
Переходи на сторону зла. У нас есть печеньки!
Я ползу на брюхе по собственной жизни,
Я себя называю королем Вселенной,
Я Король Вселенной - падайте ниц,
Я Король Вселенной, я - Человек.
Порожденный ошибкой земной эволюции,
Покореженный Цивилизацией,
Я ползу, подметая дорожки,
По которым никто не желает ходить.
Моя голова разрывается надвое,
Череп как кокосовый орех разбивается
Но вместо молока и меда что-то серое,
Гнусно пахнущее и гниющее...

А мне так хочется встать..........
Я играю сам с собою - и останусь в проигрыше,
Потому что не могу не мухлевать.
Я нарыл столько ям, что там можно закопать
Всё моё прошлое, всё моё будущее.
И даже когда я пытаюсь быть искренним -
Я сам пугаюсь, мне чудится подвох.
Я умру - и не замечу, я живу - не замечаю,
Голова дает трещину и что-то течет...
Я слизываю это языком по инерции,
Не чувствуя вкуса - мой вкус утрачен.
Я вижу осязаемые галлюцинации,
Могу их потрогать, потому что это - я сам...
Я падаю...

Я ползу на брюхе по своему подсознанию,
Я горстями пожираю собственное "Я".
Я готов давить или быть раздавленным -
Мне все равно, что одно, что другое.
Я ползу на брюхе...

Докажи мне, что я действительно жив!
Убеди меня, что я действительно жив!
Я знаю, что никто не заменит солнца -
Но к чему его замещать, если некому греться?..

Я ползу на брюхе по своему подсознанию,
Я ползу на брюхе по собственной жизни,
Не хочу спасаться, не желаю спасать,
Я ползу и буду ползти, покуда я - Человек....

Я вписываюсь четко в толпу неврастеников,
Давно разодравших свои животы
От чрезмерного ползанья по асфальту,
От дурацкой мании кричать "Ура, мы все
Люди, мы все братья!" -
Это заявление имеет основу,
Когда кто-то ползет, он видит зад
Того кто впереди - и у того тоже самое,
Я знаю что один всем известный мертвец
Готов перевернуться в хрустальном гробу...
Часы перестали показывать время -
Всё остановилось, только мы ползем.......

А зачем?..
И куда?..

21:14 

Веня Д'ркин

Margot Deryni
Переходи на сторону зла. У нас есть печеньки!
Мы с тобой за шальной игрой
В четыре руки да в четыре ноги.
Под колючей бедой да под горячей струей,
По причине тоски да под предлогом строки.

Наш дуэт - беспричинная месть,
Параноический бред - ни пропеть, ни прочесть.
Неуклюжий сюжет - тащим в чистые простыни
Грязный ответ на красивый вопрос.

Бесимся, бесимся, бесимся
Под новым месяцем, месяцем, месяцем.
Чертовка мельница, мельница, мельница
Все также вертится, вертится, вертится...

Заглянувший в окно не отмолится, не открестится...

Ты да я - гости небытия,
В забытьи теплоты да под теплом пустоты.
Утром рано воды из под крана, кляня
Приближение дня самой страшной беды.

Вот и мы, под прицелом войны.
Мы ни слова в ответ, вы ни слова взаймы.
Огоньки сигарет да в последний раз чай,
В полчаса до весны уходящий трамвай.

06:10 

Мария Хамзина

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
* * *
Понимаешь, моя тишина, это значит, что мы повзрослели.
Вот январь, и сугробы осели - это больше не наша вина.
Если тени все чаще длинны, если птицы кричат в непогоду -
Это признак ненастного года. Мы ему ничего не должны.
Каждой встречей до края полны, каждым именем бредя ночами,
Мы с тобой не в подушку кричали - мы встречали героев войны -
С мирозданьем, синицей в руке, с вечным призраком женского ига.
Мы мужчин изучали по книгам, и по трещинам на потолке.
Выцветало цветное стекло. Ведь иллюзия тоже сдается.
А вина отравляла колодцы - ядовитое время текло,
Но иссякло однажды - вчера. Так мелеют порой океаны,
Так сползает на землю кора, обнажая заросшие раны.
Не болит. Не тревожит. Страниц в нашей книге еще половина.
Невиновны - не значит - невинны.
А любовь не имеет границ.

* * *
Она обожает детей и кошек, их Яндекс приносит, и это славно. Есть коврик пушистый в ее прихожей, и синий кораблик на шторке в ванной. Ее девяносто круглы, как персик, ее шестьдесят - шестьдесят, и точка. Она охраняет себя, как берсерк, хорошая девочка, чудо-дочка. Она, деловито наморщив лобик, идет по фэншую навстречу миру, мужчина пока что - смешное хобби, ей нравится быть для него кумиром. Она обожает кино и танцы, глотает мартини, грызет оливку. Покрыта шелками, мехами, глянцем, не кровь с молоком, карамель и сливки... Храни ее, Боже, в земной юдоли, ведь этот гербарий - твоя засада!
Лазоревый цветик в нечистом поле.
Ведь если не ты...
А меня - не надо.
А впрочем, ты знаешь, что я трусиха, что я избегаю прямого света... Храни меня, Боже, но только тихо. Чтоб я успевала платить за это.


Отсюда.

20:58 

Кай Нотов- "Тварь"

список дневников [DELETED user]
Я безродная, странная особь
Недостойная сострадания.
Я в кудрях золотистых проседь,
Я логичный конец мироздания.

Я бесчувственный и очень гордый,
Снега слой в душе не растает.
И наверно я мог бы стать богом,
Да дела никак не пускают.

МузЭй: ваши любимые стихи

главная