07:31 

Алёна Вайсберг - Признавайтесь в любви

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
Признавайтесь в любви, даже если боитесь отказа,
Даже если на все сто процентов уверены в нём.
Говорите смешные слова и нелепые фразы,
Озаряйте обыденность тусклую ярким огнём.

Признавайтесь в любви, не жалея ни слов, ни эмоций.
И не бойтесь остаться, растратив себя, на мели.
В жизни, кроме любви, нет других маяков, карт и лоций.
А без них кораблям никогда не достигнуть земли.

Признавайтесь в любви тем, кто нужен вам, дорог и близок.
(Лучше сделать, чем плакать, что мог, но, увы, не успел.)
Исполняйте мечты и, смеясь, потакайте капризам,
А малыш-купидон поколдует над меткостью стрел.

Признавайтесь в любви, не пытайтесь скрывать её в сердце.
Не страшны холода, если вы отдаёте тепло.
Если вашим огнём удалось хоть кому-то согреться,
Вы поймёте когда-нибудь, как вам в любви повезло.

Страничка на Стихире.

23:17 

Дмитрий Воденников "Хагалаз (град, разрушение)"

Texx
"Мой сахар - твой сахар, мутсера..."
Настоящая радость резонирует на уровне горла,
а тяжелое чувство и нежность — резонируют на уровне сердца.
Я сегодня это заметил, разговаривая по телефону.
…опустевшее мое глупое горло,
переполнившееся моё сердце

Во всех этих мучениях любви (всех этих злорадных кошачьих играх с другим человеком, вполне дебильных и детских) — самое главное и сладостное знать, что чужое терпение небесконечно.
«Время рассудит» (чего оно там рассудит? — запорошит и всё), «время залечит», тебя забудут, отпустят, простят, перестанут любить…
И почему-то это самое блаженное во всех наших убогих играх.
Никаких резонов. Одно веселое зверство.
Если ж представить, что ты мучаешь человека как бы навек, как в тысячелетнем рабстве, без всякой возможности тебе отомстить (полным потом равнодушием) — вот тут уже тухло всё. Скучно. Погано. Как с ухом — больным.

Нет.
Только так — на границе будущего забвенья.
В ожидании, через лет 5 или 6, на пограничной полосе.
Вот тогда — радость бытия.
И воздух свежее, и солнце ярче, и небо — аквамарин.

— Смотри, туча на дальней границе моего королевства начинает потихоньку пожирать мир. Значит, можно попробовать построить новый.
— Если получится, мой король.

08:24 

Аля Кудряшева - Мизантропические стансы

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
Так они залезают в твой мир и пьют его,
Чавкая, захлебываясь, вздыхая:
"Можно войти в Жж с твоего компьютера?"
"Можно, я присосусь к твоему вайфаю?"

Я убегаю, прячусь, сижу на корточках -
Но отказал спам-фильтр, дыра в системе.
"Можно, я одолжу у тебя ту кофточку?"
"Можно войти в тебя из твоей постели?"

День пролетит и ночь проползет тягучая,
Серыми клочьями лезет из неба вата.
"Можно, я полюблю тебя и помучаюсь?
Можно ты в этом сама будешь виновата?"

В общем-то, я не дока в вопросах этики,
В общем-то, я могу и послать подальше,
Только не понимаю, что делать с этими,
После того как ты себя всю отдашь им.

С цельными, как молоко трехпроцентной жирности,
С точными, как инструкции генеральские.
В этом лесу совсем не осталось живности,
Нужен хотя бы день для регенерации.

Не отпускают, пытаясь исчезнувший жар грести,
"Где ты"? - кричат - "Мы привыкли, приди, пожалуйста"!
Капают, капают, капают слезы жадности,
Чтобы их обменяли на слезы жалости.

Боже, они внезапны, как водка в тонике,
Люди умелой кисти, скульптурной лепки.
"Можно я разлюблю тебя после вторника?
Можно в четверг поплачу в твою жилетку?"

Как они знают свой текст, как они поют его, -
Будто "Michele, ma belle" или "Who by fire".
"Можно войти в ЖЖ с твоего компьютера?
Можно, я присосусь к твоему вайфаю?"

Нет, ничего такого особо страшного,
Сдать бы отчет и закончить весь этот чат.
Как же мне тоже хочется что-то спрашивать.

Но абсолютно
некому
отвечать.

ЖЖ итоговая редакция финальной строфы, но мне куда больше нравится первая.]

13:56 

Б. Пастернак "Февраль"

~Флейта Водосточных Труб~
olen onnellinen
Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочащая слякоть
Весною черною горит.

Достать пролетку. За шесть гривен
Чрез благовест, чрез клик колес
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.

Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.

Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.

02:40 

Иннокентий Анненский. Тоска припоминания.

Мне всегда открывается та же
Залитая чернилом страница.
Я уйду от людей, но куда же,
От ночей мне куда схорониться?

Все живые так стали далеки,
Все небытное стало так внятно,
И слились позабытые строки
До зари в мутно-черные пятна.

Весь я там в невозможном отсвете,
Где миражные буквы маячут…
…Я люблю, когда в доме есть дети
И когда по ночам они плачут.

09:29 

Крис Аивер - Про ампутированных

D-r Zlo
я убил зверя под баобабом
Со временем боль притупляется, это правда ведь,
А жизнь, как война: победителей здесь не судят.
И только под утро, в заштопанной гладко памяти
Фантомно болят ампутированные люди.

16:34 

Евгений Рейн - Памяти кошки Симоши

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
В пересохлых полях, где цыплячьим подшёрстком нежнеет трава,
Ты теперь - я твои подтверждаю права:
Из фарфоровой миски, расписанной Божьей рукой,
Жизнь лакать без прописки в нескончаемый свой выходной,
Спать на тёплой лежанке поперёк невесомости и
Рассказать горожанке дворовой сомненья свои.
Так ли это всё будет? Не надо ли снова ловить
Мышехвостое облако, крысообразную сыть?
Средь пахучих созвездий, среди “вискаса” и колбасы,
Где тропинка на дачу Корнея и Гончие Псы,

Можно будет гулять, ожидая хозяйки привет,
Безразмерная ночь излучает знакомый рассвет.
Это лежбище кошек - миллион миллионов зрачков
Светят зеленью полной из узких своих маячков,
Призывая тебя в самый верхний, пушистый эфир,
Где налево похлёбка, а направо размашистый сыр.
Так ступай, поднимайся, оставляй этот мир на потом,
Не стесняйся, не майся, ты отозвана Высшим Котом,
Там сидит он, мурлыча, Млечный Путь - его ласковый хвост,
Жизнь темна, непривычна, а Бог - откровенен и прост.

04:43 

Алексей Чернец

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
* * *

Я люблю вечерний мокрый город:
Мелкий дождик, моросящий сонно,
Улицы в искрящемся убранстве,
В лужах — сопредельные пространства.

Беглыми, но ловкими штрихами
Осень распахнула зазеркалье.
Заглянуть в распахнутую душу
Я ещё сумею, я не струшу!

От погоды или от свободы
Словно ошалели пешеходы:
Торопливо лужи огибая,
Прочь спешат, себя оберегая.

Я стою чуть сбоку, огорошен
Тем, что весь очерчен, огорожен,
Хоть и тонко — непреодолимо.
Вот и плачет осень над картиной.

Скажешь возмущённо: «Что за шутки
В этот мерзкий вечер, мокрый, жуткий?!
Эти сопредельные пространства —
Ноги промочил, и сразу насморк».


Старый дом.

Глядишь сквозь век, отпущенный на шорох
Листвы пожухлой спиленным деревьям,
Осеннего двора заиндевенье —
Прохожими не хоженого шора.

Поверх простынно-наволочных флагов,
Отозванных на полки и на койки
Перед ударом точечным застройки
Грядущей демографии на благо.

Глядишь, и старость перешла урочно
На юностью завещанные тропки.
И некуда спешить — повсюду пробки,
Бессмысленно врастающие в почву.

Скрипя зевнёшь, себя перемогая,
Жильцов сглотнёшь, отбрасывая тени,
И отзовутся гулкие ступени
Хрущёвыми артритными шагами.

02:47 

Александр Цыганков - Прямая речь

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
1
Прямая речь отчётливей в лесу,
Где эхо отвечает с полуслова
Охотнику, что целится в лису,
Стреляет и… цитирует Баркова.
И рыжий зверь его прощальный крик
Смахнёт хвостом в подстрочник листопада
И ускользнёт, как новый воротник
С любимых плеч, прикрытых, как засада,
В другом лесу, что сказочней стократ,
Где больше меха ценится двустволка,
И всякий говорит другому: «Брат!»,
Но смотрит осторожно, как на волка.

2
Охотник ищет в чаще новый след,
Верней, бежит от промаха по следу
Мечты — добыть хоть зайца на обед
И рассказать о подвиге соседу!
Но слышит вдруг свой голос. С языка
Слетела речь и стала Невидимкой,
И увлекла простого мужика —
И повела неведомой тропинкой!
Метался меж деревьев яркий свет.
Закат, как Вий, моргал косматым глазом.
И сам герой распутывал сюжет,
Захваченный охотничьим рассказом.

.ещё три

17:46 

Стругацкие - Бешеных молний крутой зигзаг...

TalGalmir
Тени погасят звезды....
Бешеных молний крутой зигзаг,
Черного вихря взлет,
Злое пламя слепит глаза,
Но, если бы ты повернул назад,
Кто бы пошел вперед?

Чужая улыбка, недобрый взгляд,
Губы скривил пилот...
Струсил десантник, тебе говорят,
Но, если бы ты не вернулся назад,
Кто бы пошел вперед?

(Из "Полдень, XXII век".)

09:41 

Дмитрий Мурзин

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
* * *
Возвращается из командировки муж - небрит, колюч,
На день раньше - у жанра свои законы.
В скрипичную скважину вставляет скрипичный ключ.
В квартире накурено, не прибрано, даже воздух лежит неровно.

Время течёт как-то наискосок.
Муж вроде только вошёл, а уже проверяет спальню,
И любой чужой запах, окурок, носок
Воспринимает слишком буквально.

Заглядывает под кровать, в шкаф кидается,
Открывает, а там электрический свет, поезда, вагоны…
И металлический голос: «Осторожно, двери закрываются,
Следующая станция - „Разрыв шаблона“».


* * *
Выключи свет. Задохнись в полумороке мрака.
Думать о смерти не поздно уже и не рано.
Стыдно быть плевелом, но полновесности злака
Не ощущаешь в себе, до второго стакана.

Стыдно и тошно. Хоть совесть теперь и не модна.
Пули ещё не отлиты, не льются слёзы,
Можно дышать, да только дышать свободно
Не получается. Даже в презренной прозе.

03:49 

Сильвия Капутикян

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
* * *

Не жалуюсь на сердце я:
Пускай щемит, болит сильней!
Чужая радость мне — своя,
Чужая боль своей больней.

Весь мир бы в сердце я взяла,
Костром горела б на ветру!
Лишь сердцем я всегда жила,
Пускай от сердца и умру…
1958

Голубь мира

На груди широкой командира,
Чуть раздвинув ордена, медали,
Приютился белый голубь мира,
Белый голубь мира из эмали.

Белой птицы крошечные крылья
Сложены в торжественном покое:
От грозы и бури их укрыли
Боевые ордена героя…

На перроне

Дрогнули вагоны, и в окне
Грустная улыбка промелькнула
Поезд уходил. И, как во сне,
Вслед ему я руки протянула.

Замерло дыханъе на лету,
Голос потонул в колёсном стуке
Только устремились в пустоту
Рельсы, как протянутые руки.

+6

05:01 

Екатерина Симонова - ПИСЬМА ВКОНТАКТЕ. Письмо восьмое - ИБ

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
а у нас который день идет снег, опустив глаза.
представляешь: можно смотреть до утра,
перематывая, как кинопленку, назад,
и какие-то существа в тусклом – далеком, как эта жизнь - саду говорят.

как долго? о чем? - я не прислушиваюсь: зачем?
снег и небо повторяются каждый день,
примерзая друг к другу, как к человеку тень.
ничего не меняется, понимаешь, ничего совсем.

знаешь, когда понимаешь, что устал от всего?
когда просыпаешься и говоришь: я устал.
пожалуй, все.

ЖЖ

11:07 

Анна Логвинова

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
* * *
Я выверяла все поступки,
Я так скупилась на ошибки,
Что если вдруг тянула руки,
То лишь в «Макдоналдсе» к сушилке.
Но он повел меня на митинг,
Потом в метро, потом под зонтик,
Не говоря ни извините,
Ни, разумеется, позвольте.
И я смеялась очень нервно,
А он смеялся симпатично.
Он так смеялся, глядя в небо,
Что даже вылетела птичка.
Был день так долог, путь так труден,
Что, уронив за ванну мыло,
Я вдруг решила - будь что будет.
И вправду - было то, что было.

* * *
Бабушки охали - что же такое будет.
Бабушки охали - как же все это станется.
И я понимала - меня растят на убой
Какому-то чувству чудовищного размаха.
И вот - мне уже возмутительно много лет,
А чувства такого все нет и нет.
И я знаю - есть женщины, из которых все до одной
Могут встать стеной.
И сказать - что, мол, «наши мужья
нам нравятся
Больше Джереми Айронса!!!»
Но я никогда не видела их мужей,
Не снимала с них галстуков, не целовала
их шей.
И, возможно, поэтому
Мне так никто и не нравится.
Кроме, конечно же, Джереми,
Джереми Айронса…

03:30 

Александр Ерёменко

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
А. Парщикову

Алексей, извини, я, конечно, немножечко выпил.
Мне от этих Алёш надоело, уж это прости.
И сейчас я шагну через все эти слюни и пепел,
я сейчас посмотрю, что у нас остаётся в горсти.
Кто сказал, ничего? Да в горсти ещё столько такого,
что куда это деть и кому это надо нести…
Мрака — нет, как и света. И нету ничё тут плохого.
Смысла нет. И бессмыслицы тоже. Ещё раз прости.

Сухум — Красноводск

Я путешествовал. Но всё мне было в лом.
Я даже выстрелом не мог бы быть разбужен.
Я понимал умом, как не умом,
что я вообще тут никому не нужен,
и расколол паром, как топором,
каспийскую неправильную Лужу.
Был Красноводск повержен в пыль и зной
и белизной слепил погибший разум.
Мой глаз моргнул, и я увидел глазом
всё то, что оставалось за спиной,
и поразился страшной кривизной
того, что оставалось за спиной,
а впереди — как шашечки в кроссворде.
Я понимал, мне не пройти по хорде,
я понимал, что мне дают по морде,
хоть многого тогда не понимал.

* * *

Меня раздражает не всё.
И я раздражаю не всех.
Пусть это пока не Басё,
но всё же какой-то успех.

14:44 

Georgia - Музыкант

музыкальный пацифист [DELETED user]
Печальные глаза смотрят сквозь невзрачную толпу,
А руки, настроив струны, виртуозно играют на скрипке.
Твой, едва слышимый в этой толпе, голос напевает тишину,
А губы растягиваются в немного горестной улыбке.

Ты пытаешься передать свою собственную печаль,
Но ты не хочешь, чтобы люди знали причины этой боли.
Ты играешь на скрипке так, словно тебе немного жаль…
Ты музыкант и ты прекрасен в этой грустной роли.

Ты напеваешь тишину для тех, кто может истину слышать.
А твоя песня заставляет черствые сердца людей оттаять.
Ты поешь для тех, кто умеет только искренне плакать.
Ты помогаешь людям освежить их незажившие раны и память.

Ты улыбаешься грустно, но только потому, что ты счастлив.
По твоим щекам текут слезы, потому что прощен.
Ты радуешься, что избавился от жизненной фальши.
Ты музыкант. Ты поешь истину под проливным дождем.

01:23 

Ольга Родионова - * * * (Прилетят коноплянки летом клевать плетень...)

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
Прилетят коноплянки летом клевать плетень -
Не сыскать младенца ли, лебедя в лебеде...
Дураку с утра на конюшне дадут плетей,
А тебя, царевна, утопят ночью в святой воде.

Желт аир, а кипрей пурпурен, репейник ал.
Ветер травы треплет, толкает, как бес в ребро.
Не проскачут, звеня доспехом, ни гунн, ни галл,
Чтоб украсть твое последнее серебро.

Трень да брень, серебрень-бубенчики, спи, душа.
Вот придет дурачок на берег, достанет нож,
Срежет дудочку из прибрежного камыша,
Дунет - ты вдохнешь. Дунет - ты споешь:

люли люли люблю малина зову зову
спит виллиса цветет мелисса иди иди
упади в траву упади в траву упади

И тогда дурак упадет, упадет в траву.

14:53 

Федерико Гарсиа Лорка - Сомнамбулический романс

Paulita
Мы все во что-нибудь недоиграли…(с)
Любовь моя, цвет зеленый.
Зеленого ветра всплески.
Далекий парусник в море,
далекий конь в перелеске.
Ночами, по грудь в тумане,
она у перил сидела -
серебряный иней взгляда
и зелень волос и тела.
Любовь моя, цвет зеленый.
Лишь месяц цыганский выйдет,
весь мир с нее глаз не сводит -
и только она не видит.

читать дальше

03:48 

Дана Сидерос - * * * (В понедельник...)

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
В понедельник,
в пять тридцать шесть утра,
или, может быть, в тридцать пять,
он решает вдруг, что ему пора
всё менять.

Он решает бросить свой институт,
натянуть холсты
и писать дороги, сады в цвету
и мосты.

Он решает выгнать своих химер
и чужих людей.
Выбираться за город на пленэр
каждый день.

Ни секунды зря, как легкоатлет -
до семи потов.
А таланта нет... Ну, допустим, нет.
Ну и что?

Он смеётся розовым облакам,
мчится, шаркая, в кабинет,
и стучит ореховая клюка
о паркет.

ЖЖ

03:52 

Лев Лосев - Местоимения

Фомка
"...Скандалы, сцены уступят место постепенно абсолютному уюту моей маленькой вселенной."
Предательство, которое в крови.
Предать себя, предать свой глаз и палец,
предательство распутников и пьяниц,
но от иного, Боже, сохрани.

Вот мы лежим. Нам плохо. Мы больной.
Душа живет под форточкой отдельно.
Под нами не обычная постель, но
тюфяк-тухляк, больничный перегной.

Чем я, больной, так неприятен мне,
так это тем, что он такой неряха:
на морде пятна супа, пятна страха
и пятна черт чего на простыне.

Еще толчками что-то в нас течет,
когда лежим с озябшими ногами,
и все, что мы за жизнь свою налгали,
теперь нам предъявляет длинный счет.

Но странно и свободно ты живешь
под форточкой, где ветка, снег и птица,
следя, как умирает эта ложь,
как больно ей и как она боится.

МузЭй: ваши любимые стихи

главная